Богатый египетский еврей и два известных немецких инженера-еврея - лишь часть сложной мозаики, из которой складывается история одного из самых знаменитых домов Израиля - резиденции премьер-министра.

Атлантропа, Мендельсон и Шокен

Несомненно, одним из самых амбициозных проектов в истории был план «Атлантропа» (поначалу называвшийся «Панропа»), который в 1930-х годах считался фантастическим. Идея заключалась в строительстве плотины шириной 35 км между Испанией и Марокко, которая перекрыла бы Гибралтарский пролив и тем самым остановила поступление воды из Атлантического океана в Средиземное море. Предполагалось, что плотина понизит уровень Средиземного моря примерно на 200 метров и обнажит около 600 тысяч квадратных метров земли, которую жители смогут использовать для сельского хозяйства и поселений. Идея принадлежала немецкому инженеру Герману Зёргелю, ближайшим помощником которого был известный еврейский инженер Эрих Мендельсон. Среди проектов Эриха Мендельсона были башня Эйнштейна в Потсдаме и универмаг «Шокен» - сеть торговых домов немецкого еврея Залмана Шокена. С приходом нацистов к власти Залман Шокен и Эрих Мендельсон поняли, что Германия, в которой они выросли, стала опасной для евреев, и оба решили переселиться в Эрец-Исраэль. Там Эрих Мендельсон открыл архитектурное бюро и начал проектировать множество зданий, в том числе дом Хаима Вейцмана в Реховоте, прозванный «дворцом», и «Институт Зива», позднее переименованный в Научный институт Вейцмана. На его территории находится резиденция президента.

В Эрец-Исраэль они вновь стали сотрудничать, и Залман Шокен попросил Эриха Мендельсона спроектировать два здания в иерусалимском районе Рехавия. Одно - его собственный дом, другое - большую библиотеку для коллекции рукописей, которую он привез с собой из Германии. В ней насчитывалось более 30 тысяч предметов из Каирской генизы. Залман Шокен основал издательство «Шокен» и приобрел газету «Гаарец», которой его сын Гершом Шокен руководил до 1990 года.

Эдуард Агийон, Лидия и Кауфман

Эдуард Рафаэль Агийон родился в Египте в 1883 году. Семья происходила из испанской деревни под названием Аальон, от которого образовалась ее первоначальная фамилия. Семья переселилась в Салоники, а оттуда - в египетскую Александрию, где сменила фамилию на Агийон, греческое по звучанию слово со значением «святой». Эдуард Агийон принадлежал к богатой верхушке египетского еврейства, наряду с бароном де Менаше и семьей Каттауи (см. http://bit.ly/3if8IrX). Некоторые представители этой знати занимали высокие государственные посты. Так, один из членов семьи Каттауи был министром финансов, министром связи и членом египетского сената во время британского правления в Египте, а другой был писателем, дипломатом и автором речей короля Фуада. В 1920-х и 1930-х годах дома богатых евреев служили местом для балов, выставок, лекций, концертов, театральных представлений и развлечений.

С началом Первой мировой войны, когда турки депортировали в Египет евреев, имевших гражданство вражеских государств - России и Польши, богатые евреи познакомились с сионистским движением. С декабря 1914-го по сентябрь 1915 года было депортировано более 10 тысяч евреев, среди них - Давид Бен-Гурион. Эдуард Агийон увлекся сионистской идеей и принимал в своем роскошном доме в Александрии Хаима Вейцмана и Зеэва Жаботинского, прибывшего вместе с изгнанниками. Среди гостей его дома были также полковник Киш и ирландский полковник Джон Паттерсон, основавшие отряд погонщиков мулов.

В Александрии семья основала «Банк братьев Агийон», а позднее создала и Египетскую хлопковую биржу. Еще живя в Египте, Эдуард вкладывал средства в различные проекты в Эрец-Исраэль, среди них - страховая компания «Мигдаль», сталелитейный завод «Вулкан» и стекольный завод «Фениция». В то время, когда будущее Эрец-Исраэль было окутано туманом, Эдуард Агийон решил связать с этой страной свою судьбу и переехать туда.

В 1920 году Эдуард Рафаэль Агийон с большой пышностью женился на своей возлюбленной Лидии Бамбе Шалом. Лидия, также уроженка Египта, была умна и остроумна и стала первой женщиной в Египте, получившей квалификацию адвоката. Как и муж, она поддерживала сионистскую идею и занимала пост президента ВИЦО в Египте.

Трудно переоценить значение работы архитектора Рихарда Кауфмана. Его планы называли «скелетом государства», а самого его прозвали «отцом сионистского планирования». Он спроектировал первый мошав Нахалаль, а по его планам был построен и первый кибуц - Дгания. Он проектировал дома для состоятельных людей в Эрец-Исраэль (например, дом Зива в Тель-Монде), районы в Хайфе и Иерусалиме, кампус Еврейского университета на Гиват-Раме и даже город Афула.

Рихард Кауфман родился во Франкфурте, а повзрослев, изучал искусство и архитектуру. Во время Первой мировой войны он служил в прусской армии, где был ранен и удостоен Железного креста. После окончания войны он работал архитектором норвежской королевской семьи, а в 1920 году, в возрасте 33 лет, получил от Артура Рупина (тогдашнего директора отдела поселений Еврейского агентства) приглашение переселиться в Эрец-Исраэль и стать архитектором компании «Хахшарат ха-Ишув». До создания государства Кауфман спроектировал более ста групп поселений, кибуцев, мошавов овдим, кооперативных мошавов и городских кварталов.

В биографиях Рихарда Кауфмана и Эриха Мендельсона можно найти немало общего, и их пути неоднократно пересекались. Оба были немецкими евреями и учились в одной и той же школе в Германии. Эти два друга сотрудничали в нескольких проектах, но Мендельсон пользовался славой человека большого света и был близок к высшему иерусалимскому обществу, тогда как Кауфман был «всего лишь» тружеником, строившим еврейский ишув.

Превращения дома Агийона

В 1935 году Эдуард Рафаэль Агийон купил большой участок на границе районов Рехавия и Тальбия. В Рехавии жили ведущие представители академических кругов и политического истеблишмента еврейского ишува, а в Тальбии - палестинская элита периода мандата. Агийон знал ее язык и культуру и даже дружил с ее представителями. Так в то время Агийон и его участок стали своего рода связующим звеном между двумя народами - и в географическом, и в человеческом смысле. В конце того же года Эдуард и Лидия приехали в Эрец-Исраэль с двумя детьми и прислугой и приступили к строительству дома на купленном участке. Супруги выбрали для проектирования дома Рихарда Кауфмана, поскольку он казался им более «израильским», а также потому, что им было удобно говорить с ним по-английски. Когда Кауфман приступил к проектированию, рядом уже стояли дом Шокена и библиотека, спроектированные Эрихом Мендельсоном. Кауфман учел существующие здания и создал гармоничный ансамбль, применив архитектурный стиль «Баухаус», который тогда переживал расцвет.

Подрядчиком выбрали Авраама Бибермана, и примерно через два года строительство дома завершилось. В нем было два этажа и 14 комнат. Строительство затянулось, в частности, из-за дополнительных работ: например, устроили убежище с телефоном и защитили дом от авиабомбардировок. Когда начали копать фундамент, на этом месте обнаружили погребальную пещеру времен Второго Храма. Для Эдуарда Агийона это стало знаком, что он вернулся на землю предков, а его дом стал еще одним пластом в долгой истории еврейского народа.

В марте 1938 года, когда строительство завершилось, состоялось новоселье, совмещенное с бар-мицвой Авеля, сына Эдуарда и Лидии. Среди гостей был и Герберт Сэмюэл, первый британский верховный комиссар в Палестине, который вместе с женой находился в то время с визитом в Эрец-Исраэль.

Как и в Александрии, их дом стал центром культурных мероприятий и благотворительных сборов. Через три месяца после новоселья Ицхак Бен-Цви прочитал лекцию на тему «Страны происхождения евреев Востока» перед аудиторией, насчитывавшей более двухсот человек. В 1942 году в их доме состоялся концерт с участием певицы Жозефины Бейкер, посвященный победе британцев над армией Роммеля при Эль-Аламейне.

В Эрец-Исраэль Эдуард Агийон активно занимался общественной деятельностью, и в 1938 году его назначили председателем Общества друзей больничной кассы национальных рабочих. Он также был одним из основателей Кфар-Йедидии (спроектированной Кауфманом), входил в совет директоров торгового центра в Нетании, в руководство термального комплекса «Хамей-Тверия», в правление алмазной компании в Нетании и занимал другие должности.

После окончания Войны за независимость египетское правительство национализировало имущество всех состоятельных евреев. Финансовое положение семьи ухудшилось, и они оставили дом, переехав на виллу, которую построили в Хайфе по адресу улица Аялон, 7. Дом в Иерусалиме они сдавали в аренду; одним из жильцов был король Югославии, проживший там около года. Во время Войны за независимость дом служил больницей для бойцов ЭЦЕЛ, которой руководили Ната Бергман и Рахель Ривлин (мать президента страны Реувена Ривлина). В 1953 году дом перешел в собственность правительства Израиля, однако неизвестно, был ли он подарен или продан. «Я все еще испытываю к нему отвращение. Как нам освоить все эти пространства и как использовать их, не заблудившись в них? Вся история выбора этого дома была полна проблем, но за неимением другого выхода жребий был брошен», - написал Моше Шарет, тогдашний министр иностранных дел, который в том же году стал первым жильцом этого дома.

В 1974 году дом стал официальной резиденцией премьер-министра. Первым в нем поселился Ицхак Рабин, а вслед за ним - Менахем Бегин, Ицхак Шамир, Шимон Перес и Биньямин Нетаньяху. Сегодня в комплекс также входят вилла Шокена и библиотека Шокена, спроектированная Эрихом Мендельсоном.

Эдуард Рафаэль Агийон умер в 1956 году после продолжительной болезни и был похоронен в Хайфе. Сегодня стоимость дома оценивается примерно в 40 миллионов долларов.