Она была одним из самых плодовитых дизайнеров в своей области. Она соблюдала религиозные традиции и создала крупное производство купальников, превратившееся в международный бренд «Готэкс».

Путь, приведший к «Готэкс»

Она знала: если ее схватят, ее может ждать та же участь, что и других пойманных евреев - нацисты расстреливали их и бросали в Дунай. Достаточно было мельком взглянуть на ее лицо, чтобы понять, что она еврейка: «Я была смуглой», - объясняла она. В тот день она стояла на платформе железнодорожного вокзала, собираясь отправиться в столицу, Будапешт. Одной рукой она держала дочь Йехудит, другой - младенца Мирьям, а огромный букет хризантем закрывал ее лицо. Она пережила эту поездку одна. Ее мужа Армина нацисты забрали на принудительные работы. За две недели до этого она отдала дочь Йехудит христианской семье, чтобы спасти ее, но не выдержала и забрала обратно. Теперь они были в поезде...

С той поездки запах хризантем навсегда связался для нее со спасением. Спустя годы немецкая супермодель Клаудия Шиффер надела купальник с рисунком хризантем. Через несколько дней в американской сети магазинов «Блумингдейлс» распродали все модели. На этот раз все знали ее имя и лицо и понимали, что она еврейка из Израиля. Ее творения стали международным брендом «Готэкс», неразрывно связанным с ее именем, - Лея Готлиб.

Лея Готлиб не училась дизайну, текстильному делу или чему-либо, связанному с модой, но у нее были талант, творческая жилка, чувство стиля и элегантности. Она внушала уважение и обладала необыкновенной харизмой, и все обращались к ней «госпожа Готлиб», а для краткости - «госпожа G». То, что в те дни казалось другим необычным выбором, обернулось успехом. Лея была первопроходцем не только в области купальников. Выбранная ею модель Тамми Бен-Ами, ныне покойная, тоже не соответствовала тогдашнему идеалу красоты: она была смуглой, высокой и широкоплечей. Лея пришла от нее в восторг и сделала ее лицом «Готэкс».

Ее муж Армин и обе дочери работали рядом с ней на предприятии, ставшем делом ее жизни. Йехудит была дизайнером, Армин ведал финансами, а младшая дочь Мирьям руководила нью-йоркским филиалом. Американцы влюбились в яркие коллекции, и не было в мире модного дома, который не знал бы этот бренд. В каждой уважающей себя сети продавались и модели «Готэкс». Она сумела играть на поле больших игроков - Франции и Италии. «Готэкс» создавала новую моду и новый образ жизни. Впервые женщины могли купить комплект из купальника и кафтана, а также аксессуары.

Критикам, утверждавшим, что занятие купальниками совершенно противоречит ее ценностям религиозной женщины, она отвечала: «Я не люблю слишком открытые женские наряды. По-моему, купальники, которые я создаю, не слишком сексуальны. Мне нравится укутывать женщину в верхнее платье, кафтан или жакет».

Каждому, кто переступал порог фабрики, было ясно, за кем здесь последнее слово. Невысокая Лея уверенно и спокойно проходила внутрь, усаживалась в кресло и ела экзотические фрукты с соком папайи. Вокруг нее, словно в оживленном улье, модели ходили туда-сюда, швеи вносили поправки, а помощница докладывала ей о делах на день. Время от времени она роняла что-нибудь по-венгерски - это был единственный язык, которым она свободно владела. Общались с ней на смеси ломаного иврита, английского, французского, итальянского и венгерского. На четвертом этаже был выставочный зал для крупных покупателей, которые приезжали и относились к госпоже Готлиб с большим уважением. Войдя в зал, они чувствовали себя в Париже или Милане - тогдашних столицах моды. В 1980-е годы оборот компании составлял около 40 миллионов долларов. Коллекции продавались в 63 странах, а закупщики «Сакс Фифт-авеню», «Блумингдейлс» и «Хэрродс» каждый год приезжали в Израиль, чтобы заказать купальники на следующий сезон.

Создание «Готэкс» и прорыв

Лея Готлиб родилась в Шайосентпетере, в Венгрии. Она была единственным ребенком в религиозной еврейской семье. Сначала она росла у бабушки, а позже переехала к тете. Несмотря на тяжелые условия, она прилежно училась и быстро схватывала новое. Еще в юном возрасте она начала сама себя содержать, давая дополнительные уроки, а повзрослев, устроилась бухгалтером на фабрику по производству плащей, где познакомилась с Армином, сыном владельцев фабрики. Они поженились, и их любовь длилась всю жизнь. «Он мой лучший друг. Благодаря его постоянной поддержке и гармонии в нашей семейной жизни я добилась того, чего добилась», - рассказывала она на пике успеха.

Когда началась Вторая мировая война, Армина забрали на принудительные работы, а Лея, оставшись с дочерьми, стала перебегать с места на место и время от времени навещала Армина в трудовом лагере. После освобождения Армина супруги начали скитаться по укрытиям в разных уголках Европы. По окончании войны они решали, где начать новую жизнь, и в 1949 году, имея в кармане всего 8 долларов, приехали в Израиль и поселились в транзитном лагере в Беэр-Яакове. «Мы устроились хорошо и были очень счастливы», - рассказывала Лея. Из Беэр-Яакова они переехали в заброшенную квартиру в Яффо, где поселились такие же пережившие Холокост люди, как и они. Армин, обладавший острым коммерческим чутьем, стал обходить клиентов и принимать заказы на плащи. Одновременно он собрал швей, которые привезли с собой швейные машинки. Лея придумывала модели плащей, а он занимался производством. Дело пошло в гору, и уже через год семья переехала в северную часть Тель-Авива, где строились рабочие кварталы. Пять лет спустя, скопив деньги, Лея и Армин решили рискнуть и создать коллекцию купальников. Позже она рассказывала с сильным венгерским акцентом, что заметила: в Израиле «зима длится всего четыре месяца, а лето - восемь». Успех пришел быстро. Яркие купальники восхищали женщин и раскупались мгновенно. Из маленького дома в северной части Тель-Авива дело перебралось на улицу Ха-Гдуд ха-Иври. В 1956 году они основали успешную фабрику по производству купальников. Сначала фабрика называлась в честь мужа - «А. Готлиб», но позже они провели ребрендинг и выбрали название «Готэкс», составленное из «Го» (Готлиб) и «текс» (текстиль).

С самого начала Лея Готлиб нацелилась на большие высоты, прежде всего на зарубежный рынок. Закончив работу над первыми пятью моделями, она уже участвовала в показах вместе с крупнейшими модными домами. У магазина «Маталон» на улице Герцля в Тель-Авиве выстраивалась длинная очередь женщин, а товар распродавался за несколько дней. Лея первой стала выпускать купальники из лайкры самых разных неоновых цветов с эффектом мокрой ткани - этот броский вид притягивал взгляды и именно этим нравился покупателям. Ткани закупали в Италии, у тех же поставщиков, которыми пользовались такие выдающиеся дизайнеры, как Ив Сен-Лоран и Диор.

В каждой коллекции было около 500 изделий, а на ее создание уходило примерно 9 месяцев. Выпуск роскошных каталогов «Готэкс» обходился в целое состояние. Когда Лею Готлиб спросили, повредит ли ее бизнесу вошедший тогда в моду топлес - купальник без верхней части, - она ответила: «Это не наши покупатели. Наши покупатели более элегантны». Она всегда выбирала лучшее, что могла предложить индустрия: лучшие ткани, лучших дизайнеров и ведущих моделей мира. Среди них были Брук Шилдс, Клаудия Шиффер, Тайра Бэнкс, Стефани Сеймур, Наоми Кэмпбелл, Эль Макферсон, Тамми Бен-Ами (ныне покойная), Галит Гутман и Сапир Кауфман (ныне покойная).

«Готэкс» могла похвастаться клиентками из местной и мировой элиты. Среди них были София Лорен, Барбара Уолтерс, Ким Новак, принцесса Нур, Элизабет Тейлор, Надин де Ротшильд, Джихан Садат, королева Англии Елизавета II, Хиллари Клинтон и Нэнси Киссинджер. За несколько недель до смерти принцесса Диана встретилась с Леей в роскошном универмаге «Хэрродс» и купила десять вещей из одной из коллекций. Сохранилась ее знаменитая фотография в леопардовом купальнике «Готэкс». Для Нэнси Киссинджер Лея устроила персональный показ мод в иерусалимском отеле «Кинг Дэвид» и даже создала для нее особый купальник. Чек, которым Генри Киссинджер заплатил ей, она отказалась обналичить и предпочла вставить в рамку.

Обычно коллекции создавались на определенную тему, например тропическую. Некоторые посвящались историческим событиям, таким как мирный договор с Египтом. Тогда Лея создала купальники с рисунками, вдохновленными фресками в храмах Древнего Египта: бирюзового цвета, с принтами золотых цепей, повторявшими ожерелья на шеях древних египтянок, изображенных на фресках.

Лея Готлиб создавала и купальники для популярного сериала «Лодка любви». В интервью журналу «Пипл» она рассказала, как случайно поняла, насколько успешными стали ее модели, когда смотрела сериал: «Тогда я поняла, что все на борту носят модели, которые я придумала».

Ее творения удостоились множества наград. В 1972 году она получила первую премию на Международной выставке купальников и пляжной одежды в Каннах, где соревновалась со 186 модными домами со всего мира. На вопрос о вершине своей карьеры она ответила без колебаний: «1992 год. Это был Иерусалим». В том году вышла самая яркая коллекция «Готэкс» за всю историю бренда. Впервые ее показали в Дюссельдорфе, в Германии. В финале на подиум вышли двадцать моделей в белых купальниках с золотыми орнаментами, а на заднем плане звучала песня «Золотой Иерусалим». Зал встал и восторженно зааплодировал. В тот миг у Леи потекли слезы: пережившая Холокост израильтянка представила на немецкой земле свои творения с еврейскими мотивами и услышала овации немецкой публики.

Золотой век и падение

Это был золотой век «Готэкс», но затем земля под ногами начала дрожать...

Лея Готлиб жила роскошной жизнью. У нее были две пентхаусные квартиры, объединенные в одну большую, на улице Ури неподалеку от площади Рабина (тогда - площади Царей Израиля), а также квартира в Милане. Она летала на самолетах «Конкорд» и останавливалась в лучших отелях мира. Всегда элегантная, она носила жемчужное ожерелье и жакет «Шанель». Безудержные траты, дорогостоящие товарные запасы, раздутые расходы, прекращение субсидий, а главное - переход рынка от дорогих купальников к дешевым, поступавшим из Китая, поставили «Готэкс» на грань банкротства. Дело ее жизни оказалось под угрозой передачи под внешнее управление, а долги перед банками достигли почти 30 миллионов долларов. Лея начала сокращать расходы. Офисы в Милане закрылись, коллекции стали меньше, а сотрудников уволили. Увольнения были самым болезненным шагом, на который ей пришлось пойти. Ей пришлось расстаться с людьми, которые были рядом с ней с самого начала. В 1995 году умер ее муж Армин, а летом того же года умерла и Тамми Бен-Ами, бывшая «лицом» «Готэкс». Немного радости в те годы ей принесло то, что в 1996 году ее выбрали зажечь факел на церемонии открытия празднования Дня независимости.

В 1997 году «Готэкс» была продана компании «Африка Исраэль» Лева Леваева. «Мне тяжело расставаться с местом работы, которое я основала и которому отдала свои таланты и плоды своего труда на протяжении более чем целого поколения», - написала она в заявлении об уходе, поданном в 2001 году компании «Африка Исраэль».

Два года спустя от рака умерла ее старшая дочь Йехудит Готфрид. Ей было 59 лет. Йехудит работала дизайнером купальников, а также создала линию купальников для молодых женщин «Smash», которая добилась большого успеха в Израиле и за рубежом и стала самостоятельным брендом, хотя некоторые считали ее конкурентом «Готэкс».

Возвращение к дизайну

Лее понадобилось четыре года, чтобы прийти в себя после потери дела всей жизни. Когда уже казалось, что она исчезнет в глубинах истории, она отметила 87-летие и снова засучила рукава. У себя дома она начала заново создавать и кроить модели, на этот раз под брендом, носившим ее имя, - «Лея».

«За несколько дней до смерти Йехудит сказала мне, что я должна вернуться к работе. Для меня это было словно завещание», - объясняла она свое возвращение. Она конкурировала с компанией, которую сама основала, и доказала, что у нее есть талант и силы сделать это снова. И на этот раз она участвовала в международных выставках, а уже на первых показах в Испании получила крупные заказы.

Лея Готлиб умерла в 2012 году в возрасте 94 лет. Примерно через год после ее смерти в Музее дизайна в Холоне открылась посвященная ей выставка «Госпожа с хризантемами - дань уважения Лее Готлиб». В центре выставки была вершина ее творчества, самая близкая ее сердцу коллекция, хранившаяся в личном гардеробе в спальне: «Золотой Иерусалим» (1992).